Меню

Если придется плыть вам по свету не забывайте песенку эту



Текст песни Речная песенка или Песня о мелях — Мы вам расскажем..

Мы вам расскажем,
Как мы засели,
Как мы однажды
Сели на мель.

Плыли, плыли —
Вдруг остановка.
Скажем прямо —
Очень неловко!

Хуже на свете
Нет положенья,
Чем человеку
Сесть без движенья.

Ох, ты, ух, ты —
Скучно и сыро.
Ох, ты, ух, ты —
Ждать нам буксира.

С этого места,
Как говорится,
Вверх не подняться,
Вниз не спуститься.

Ох, ты, ух, ты —
Некуда, братцы.
Ох, ты, ух, ты —
С мели податься.

Чайки над нами
Весело вьются,
Рыбы над нами
Громко смеются.

Ха-ха, ха-ха!
Плещется речка.
Ха-ха, ха-ха!
Ну и местечко.

Если придется
Плыть вам по свету,
Не забывайте
Песенку эту:

В каждом деле,
Двигаясь к цели,
Надо всюду
Помнить про мели! River Song

We will tell you,
As we settled,
How do we once
We ran aground.

Sailed, sailed —
Suddenly a stop.
Let’s put it bluntly —
Very embarrassing!

Worse in the world
No position,
Than the person
Sit down without moving.

Oh, you, uh, you —
Boring and damp.
Oh, you, uh, you —
Wait for us to tug.

From this place,
As the saying goes,
Up not to rise,
Down do not go down.

Oh, you, uh, you —
Nowhere, brothers.
Oh, you, uh, you —
With the shallows to move.

Gulls above us
Have fun,
Fish above us
They laugh loudly.

Haha, ha ha!
The river rushes.
Haha, ha ha!
Well, a place.

If you have to
To swim you in the light,
Do not forget
This song is:

In every case,
Moving towards the goal,
It is necessary everywhere
Remember about the shallows!

Источник

Текст песни Тихон Хренников — Речная песенка

Для вашего ознакомления предоставлен текст песни Тихон Хренников — Речная песенка, а еще перевод песни с видео или клипом.

Мы вам расскажем, как мы засели,
Как мы однажды сели на мели,
Плыли, плыли, вдруг — остановка,
Скажем прямо: очень неловко.

Хуже на свете нет положенья,
Чем человеку сесть без движенья.
Ох ты, ух ты, — скучно и сыро,
Ох ты, ух ты, — ждать нам буксира.

С этого места, как говорится,
Вверх не подняться, вниз не спуститься,
Ох ты, ух ты, — некуда, братцы,
Ох ты, ух ты, — с мели податься.

Чайки над нами весело вьются,
Рыбы под нами громко смеются.
Ха-ха, ха-ха, — плещется речка,
Ха-ха, ха-ха, — ну и местечко!

Если придется плыть вам по свету,
Не забывайте песенку эту.
В каждом деле, двигаясь к цели,
Надо всюду видеть все мели
1954
————————-
Из к-ф «Верные друзья», 1954 г.
Музыка Т. Хренникова
Слова М. Матусовского

We will tell you how we settled
How we once stranded
Swam, swam, suddenly — a stop,
Let’s face it: very embarrassing.

There is no worse situation in the world
Than a man to sit down without movement.
Oh you wow — dull and damp
Oh you, wow, wait for us to be a tugboat.

From this place, as they say,
Do not go up, do not go down,
Oh you, wow, nowhere, brothers
Oh you, oh wow — to get aground.

Seagulls curl over us merrily
The fish under us laugh out loud.
Ha ha ha ha, the river is splashing
Ha ha ha ha — well and place!

If you have to sail around the world,
Do not forget this song.
In every business, moving towards a goal,
It’s necessary to see all the shallows everywhere
1954
————————-
From the film «Faithful Friends», 1954
Music by T. Khrennikov
Words by M. Matusovsky

Читайте также:  Как начисляется сумма за свет

Источник

Если придется плыть вам по свету не забывайте песенку эту

  • ЖАНРЫ 360
  • АВТОРЫ 269 572
  • КНИГИ 628 261
  • СЕРИИ 23 699
  • ПОЛЬЗОВАТЕЛИ 591 502

. Тридцать лет назад на реке Яузе, за московской заставой Лефортово, жили три закадычных друга.

По Яузе, какой она была тридцать лет назад, — мутной, с захламленными берегами, с приросшими к ним маленькими косыми домишками, — плывет лодка, такая дырявая и заплатанная, что просто непонятно, как она держится на воде.

Ведут лодку по Яузе три дружка: Сашка Лапин, голубоглазый, взлохмаченный паренек, степенный и серьезный, прозванный за любовь к животным «Кошачий барин», Боря Чижов — «Чижик», с такими же, как у Лапина, голубыми глазами, но озорным и лукавым лицом, и худенький, длинноногий и длиннорукий Васька Нестратов, за важность и хвастовство именуемый «Индюком».

Вместе с лодкой выплывает песня, которую друзья орут истошными голосами:

Мы на горе всем буржуям

Мировой пожар раздуем,

Мировой пожар горит,

Во! И боле ничего.

На руле, исполненный чувства собственного достоинства, сидит Васька. Он держит в левой руке замусоленную ученическую тетрадь, на обложке которой корявыми буквами написано: «песильник», поглядывает на яркое июльское солнце и командует:

— Прямо на борт! Пошевеливайся. Саша Лапин бросает весло.

— Чего он командует все время?! — И, повернувшись к Ваське, сердито говорит: — Не ты один здесь капитан!

— А кто ж будет командовать? — снисходительно спрашивает Васька. — Ты, что ли?

— Задаешься, Васька! — угрожающе произносит Саша и поворачивается к Борису: — Опять он задается! Макнем? В глазах у Бориса прыгают весело искорки:

— Не надо! Не надо, дьяво. Но уже поздно.

Саша и Борис, едва не перевернув утлый корабль, хватают отчаянно барахтающегося Ваську за руки и за ноги и окунают в Яузу.

— Будешь задаваться?! Будешь задаваться?!

Ваську водружают обратно в лодку. Потоками течет с него мутная вода.

— Вот индюк! — с искренним возмущением говорит Чижик. — Сколько его ни макай, он все за свое!

— Ладно! — бормочет Васька. — Этого я вам не забуду!

Но тут же, разумеется, забывает.

С берега, из-за невысоких покосившихся заборов городской окраины, из-за полуразвалившихся стен и темно-бурых нагромождений шлака и мусора летит песня:

Недаром утром будит вас

Походный марш, товарищ!

Еще Царицын и Донбасс

Лежат в дыму пожарищ!

И мы идем в последний бой,

Вперед — сквозь непогоду,

За отчий дом, за край родной,

За счастье и свободу.

Друзья, насторожившись, прислушиваются. Протяжно гудит заводской гудок.

— Комсомольцы на субботник идут! — кивает Борис.

— А хорошо, ребята. — задумчиво улыбается Сашка. — Хорошо, что опять гудок гудит, верно?

Медленное течение тащит лодку. Песня на берегу затихает. Ребята переглядываются и подхватывают:

Ну что ж, друзья,

Споем про дальние края,

Про битвы и тревогу,

Про то, как он, и ты, и я.

Про то, как вышли мы, друзья,

Как вышли мы в дорогу.

— А здорово у нас получается, честное слово! — вдруг восхищается Васька. — На всю Яузу слыхать!

Стоят покосившиеся домишки на берегу, течет мутная вода.

— Да, хороша у нас Яуза, — вздыхает Чижик, — только вот берега видать. простора нет.

— А есть реки, говорят. — Саша мечтательно глядит вдаль, — ни конца ни краю.

Васька самоуверенно встряхивает нечесаной головой.

— Погоди, поплывем еще туда! Поплыве-ем.

И друзья, переглянувшись, снова затягивают:

Мы на горе всем буржуям

Мировой пожар раздуем.

Читайте также:  Дневной ходовой свет toyota

С ТОЙ ПОРЫ ПРОШЛО ТРИДЦАТЬ ЛЕТ

Весна. Дальние горы на горизонте. Степь в цветах и травах. По некошеным травам бешеным карьером мчится конь. У всадника — Лапина — кудрявая, разбойничья борода и веселые, голубые, слегка навыкате глаза.

За холмом сразу открывается одиноко стоящее среди степи красивое белое здание. Это Экспериментальный институт животноводства. Всадник проскакивает арку и оказывается на круглом дворе. Земля здесь плотно убита копытами. Денники окружают двор.

Навстречу Лапину выбегают две девушки в белых халатах и седой поджарый человек в ловко пригнанных сапогах и кожаной короткой куртке.

— Он! — вскрикивает одна из девушек отчаянно. — Александр Федорович! Ну что же это. Ведь самолет через пятьдесят минут.

— Тише, тише, Олечка, — смущенно бормочет Лапин, — я на минуточку. Взгляну только — и обратно. Чего ты шумишь? Вон, гляди, Вера ведь не кричит!

— Я не кричу, я доктору все расскажу! — мрачно говорит вторая девушка.

— Не успеешь! — Лапин подмигивает и оборачивается к старику. — Федор Иванович, выведи-ка побыстрее. А то видишь.

Старик понимающе кивает и бежит к денникам.

— Вот какие дела, девушки, — говорит Лапин, — и нечего в кулаки хихикать.

И, замолчав на полуслове, он замирает.

Весенние лучи солнца вспыхивают на ярко-гнедом, горящем, как вычищенная бронза, коне. Конь сторожко ставит тонкие уши, косится на Лапина, перебирает точеными ногами.

— Повыше, повыше его ставь! — Лапин едва дышит от восторга. — Голову отпусти, пусть свободно держит. Ну что ты скажешь! Ну что за совершенство! Сила, мощь, грация, красота — все в нем есть! Разве не стоило ночи недосыпать, искать, мучиться, ставить тысячи опытов, чтобы такая красота появилась на земле?!

— Александр Федорович, самолет!

— Все в нем есть — и сухость краба, и нервность, и спокойствие формы. Вы поглядите на линию спины, на мягкость перехода, на бабки. Совершенство. Пусть не скульптура, пусть не вечное, зато живое совершенство.

— Двадцать минут осталось, Александр Федорович! — в голосе девушки слезы.

— Сейчас, сейчас! Никуда твой самолет не денется. — Конь пляшет, тянется к Лапину, высовывает розовый язык.

— Сахару просит, — восхищается Лапин, — ну не умница, сластена? Ты, Олечка, небось не догадаешься высунуть язык, когда сахару захочешь.

— Куда уж мне! Господи боже мой, семнадцать минут осталось! Опоздаете. А вас ждут в Москве. Вы же сами рассказывали.

Лапин прощается с конем, нежно его гладит, что-то шепчет. Потом резко поворачивается и, бормоча под нос: «Нужен мне этот отпуск» и «Пристали как банные листья», — прыгает на своего коня и стремительно уносится со двора.

— Расстроился, — говорит старик, прислушиваясь к стуку копыт.

— Двенадцать минут осталось! — охает девушка. — Столько лет он не отдыхал. А его друзья детства ждут, он ведь рассказывал. Сколько раз уславливались вместе отпуск провести. А теперь он на самолет опоздает.

Просторный зал, залитый солнечным светом. Полукруглым амфитеатром подымаются скамьи к потолку. Юноши и девушки внимательно слушают профессора Чижова.

— И под конец мне хочется сказать вам вот что. — Чижов хмурится, его подвижное лицо становится сосредоточенным. — Тем из вас, кто собирается стать нейрохирургом, то есть человеком, проникающим в мозг, самый сложный орган живого существа, в центр нервной деятельности, должно помнить: осторожность и еще раз осторожность! Вам доведется проникать за твердую оболочку мозга, и путеводителем будут ваши пальцы, пальцы хирурга. Прикосновение их должно быть легче лепестка, падающего в безветренный день, чуткость большая, чем чуткость пальцев скрипача-виртуоза. — Взглянув на часы, профессор улыбнулся. — Однако мы заболтались, я и вас и себя задержал. Мы расстаемся на несколько месяцев. До свиданья, товарищи, желаю вам доброго отдыха.

Читайте также:  Ivan это не свет

Чижов неторопливо спускается с кафедры и идет к дверям.

Любимого профессора окружают студенты, и вся группа выходит в коридор. В коридоре — торжественная тишина, паркетный блеск, лестница, двумя маршами устремляющаяся вниз. Чижов в сопровождении студентов приближается к лестнице, серьезно о чем-то с ними беседуя.

Источник

Верные друзья (1954)

Регистрация >>

В голосовании могут принимать участие только зарегистрированные посетители сайта.

Если вы уже зарегистрированы — Войдите.

Вы хотите зарегистрироваться?

тексты песен

муз. Т.Хренникова слова М.Матусовского

Что так сердце, что так сердце растревожено,
Словно ветром тронуло струну?
О любви немало песен сложено,
Я спою тебе, спою еще одну.

По дорожкам, где не раз бродили оба мы,
Я пройду, мечтая и любя.
Даже солнце светит по-особому
С той минуты,как увидел я тебя.

Все преграды я смогу пройти без робости,
В спор вступлю с невзгодою любой.
Укажи мне только лишь на глобусе
Место скорого свидания с тобой.

Через горы я пройду дорогой смелою,
Поднимусь на крыльях в синеву
И отныне все,что я ни сделаю,
Светлым именем твоим я назову.

Посажу я на земле сады весенние,
Зашумят они по всей стране.
А когда придет пора цветения,
Пусть они тебе расскажут обо мне.

ЛОДОЧКА
сл. М.Матусовский, муз. Т.Хренников

Березы подмосковные
Шумели вдалеке,
Плыла-качалась лодочка
По Яузе реке.
Плыла-качалась лодочка
По Яузе реке

От весел вдоль по Яузе
Струился светлый след.
С тех пор, друзья-товарищи,
Прошло немало лет.
С тех пор, друзья-товарищи,
Прошло немало лет.

Давно уж мы разъехались
Во все концы страны,
Но дружбе мы по-старому,
Как в юности верны.
Но дружбе мы по-старому,
Как в юности верны.

Над нами небо родины
И так светло кругом,
Как будто мы на лодочке,
Как в юности, плывем.
Как будто мы на лодочке,
Как в юности, плывем.

Кипит вода под веслами,
Не дрогнет руль в руке.
Все дальше мчится лодочка
По утренней реке.
Все дальше мчится лодочка
По утренней реке.

И путь наш не кончается,
Простор речной широк.
И гонит, гонит лодочку
Попутный ветерок.
И гонит, гонит лодочку
Попутный ветерок.

Ботиночки «чижовые»
Поплыли по волне
Теперь они, родимые,
Лежат на самом дне.

cл. М.Матусовский, муз. Т.Хренников

Мы вам расскажем,
Как мы засели,
Как мы однажды
Сели на мели.

Плыли, плыли —
Вдруг остановка.
Скажем прямо —
Очень неловко!

Хуже на свете
Нет положенья,
Чем остановка
После движенья

Ох, ты, ух, ты!
Скучно и сыро.
Ох, ты, ух, ты!
Ждать нам буксира.

С этого места,
Как говорится,
Вверх не подняться,
Вниз не спуститься.

Ох, ты, ух, ты!
Некуда братцы.
Ох, ты, ух, ты!
С мели податься.

Чайки над нами
Весело вьются,
Рыбы над нами
Громко смеются.

Ха-ха, ха-ха!
Плещется речка.
Ха-ха, ха-ха!
Ну и местечко.

Если придется
Плыть вам по свету,
Не забывайте
Песенку эту:

В каждом деле,
Двигаясь к цели.
Надо всюду
Помнить про мели!

ПЕСЕНКА ВЕРНЫХ ДРУЗЕЙ
cл. М.Матусовский, муз.Т.Хренников

Шел ли дальней стороною,
Плыл ли морем я,
Всюду были вы со мною,
Верные друзья.

И, бывало, в час тревоги,
В сумрачный денек
Освещал нам все дороги
Дружбы огонек.

И в разлуке и в печали
Были мы тверды.
Сколько раз мы выручали
Друга из беды.

Пусть проходит год за годом
Долгой чередой,
Наша дружба остается
Вечно молодой.

В каждом слове, в каждой песне
Дружбе верен ты.
С дружбой все яснее цели,
Ближе все мечты.

Старой дружбы, словно песни,
Забывать нельзя.
И идут по жизни вместе
Верные друзья.

Источник