Меню

Лунный свет который стелется



Лунный свет

Какие стихи вы предпочитаете?

Стихи — Лунный свет

Лунный свет шатром раскинул сети
Над притихшей сонною рекой.
Первая звезда неярко светит,
Рассыпая бережно покой.

Лунный свет дрожит, переливаясь,
На холодных капельках росы.
Дышит ночь — волнующе-живая.
Ветер очарованно застыл.

Лунный свет стекает с крыльев ели.
Воздух пахнет счастьем, как весна.
Соловья пленительные трели
Зацелуют душу допьяна.

Стихи — Лунный свет.

Стихи — Лунный свет рассекает окно.

Стихи — Лунный Свет

Это кварталы гетто,
Прага, о Прага, Тише.
Горя ли больше нету.
Жизнь ли ушла в песок.
Ночью скрипят ступени,
Ночью накроют крыши
Души накроют крыши
Крыльями воронья.
«..Ржавую сковородку
Что ж ты купить не хочешь,
или коралл — сердечко,
что надевала, вспомни,
часто любовь твоя. »
Тише, о Прага, Тише.

Лунный свет на моей постели,
Простыню он не сдернет, нет,
Но ложится плитой этот свет,
Накрывает собой колыбели.
Тяжесть то ли событий и лет,
Тех что в памяти тихо.

Стихи — Лунный свет

Стихи — Лунный свет

В час, когда оденет в бархат черный
Ночь-царица синий небосвод,
Вдруг угаснет солнца свет безмолвно,
И на трон Луна звездой взойдёт,
Станет лунный свет моей дорогой,
Станут звезды тысячей свечей,
К твоему протянутся порогу
И подарят свет твоих очей.

Елена Ольховик
2009 год

Стихи — Лунный свет

А лунный свет растекся по долине,
Прохлада замыкает жизни круг.
И стелется туманом по низине,
Скрывая под собою все вокруг.

Мистическое море наростает,
Рисуя берега далеких стран.
Реальная картина искривляет,
В прибрежных рифов весь еловый стан.

И тишина скует в оцепенение,
И звезды заполняют небосвод.
Колдует дух торжественно видения,
Рождая сказок дивных хоровод.

А что окажется за правдой.
Вошла душа моя в кураж.
Когда признал за елкой каждой,
Волшебной сказки персонаж.

Стихи — Лунный свет

Луна, мерцавшая в бокале,
Луна, нырявшая в шелках,
На белых клавишах рояля,
На ослепительных руках.
В хрустальном мраке — круг дрожжащий,
На желтом ободке кольца,
Не сгинь за тучею грозящей
С красиво-бледного лица.

***
Но — мандолиной давно
Ночь стала в руках тишины;
По комнате сквозь окно
Натянуты струны луны.
В них, путаясь, тени скользят,
И музыку эту во мгле
Не может никто различать,
Не слышит никто на земле.

Автор: Ольга Волкова

Стихи — Лунный свет

Лунный свет лежит на крыше –
Отдыхает от забот.
Сделай музыку потише!
Пусть серебряный уснёт.

Пусть ему приснится яркий
Лучик солнца золотой
И цветы в огромном парке
Утром, позднею весной

И безоблачное счастье
В небе завтрашнего дня.
Лунный свет, увы, не властен
Задержаться и обнять

За пределом мрачной ночи
Шумный мир дневных забот.
Рая крошечный кусочек
Перед взором предстаёт

Лишь во снах на скользкой крыше,
Лишь в коротких, добрых снах.
Сделай музыку потише!
Пусть.

Стихи — Лунный свет

Загадкой свет нисходит лунный
В цветущий сад, в ночной тиши,
Перебирая нежно струны
Моей израненной Души,
И дух мой — песней воспаряет
В непостижимый Млечный Путь!
А сердце — тает,
тает,
тает.
Уйду и я. когда-нибудь.

За грех лишённым жизни вечной,
Вторую плоть не обрести.
Шепну лишь, в горести сердечной,
Простое:
Господи. П р о с т и.

Источник

Легенда о лунном свете

Она рисует. Ожесточённо, яростно, с пламенной самоотдачей. Переводя бумагу и краски. Она приходит сюда, на обрыв, нависающий над тёмной бездной моря, только в ночь полнолуния. Эта ночь – единственная в месяце, когда творится волшебство, невидимое человеческому глазу, и лунный свет, холодный, обманчивый, призрачный, ложится воздушной молочной вуалью на землю, становясь почти осязаемым. Из таинственной мечты он превращается в реальность. Из сказки – в быль. И только в эту ночь свет, такой далёкий и чужой, можно поймать в сети из красок и холста. Она знает об этом лучше, чем кто бы то ни было, и потому приходит на обрыв, к лижущим камень волнам. В этот зыбкий колдовской час она хочет нарисовать лунный свет.

Она рисует. И на бумаге, которую она держит в руках, вот-вот затрепещет, забьётся отчаянным мотыльком лунный свет. На рисунке он такой робкий и хрупкий, маленький и беззащитный. Она делает ещё один – последний! – штрих, но…. Но чуда не происходит, и изображение на бумаге остаётся всего лишь искажённым мёртвым отражением света настоящего. Но она не сдаётся. Она комкает неудавшиеся рисунки, отбрасывая их в сторону, и начинает всё сначала. Она рисует лунный свет.

Читайте также:  При каком свете проявлять пленку

Она рисует. А под обрывом, на котором она сидит, поджав ноги, бьются и протяжно стонут морские волны. В их непроглядной глубине растворяется, переливаясь и сверкая, неуловимый свет. От этого волны становятся льдисто-седыми, они шипят и разбиваются в жемчужные осколки, ластясь к чёрному камню скал. Она не любит волны: лунный свет сам спускается к ним, сплетается с ними в тесных объятиях и превращается в путь из зыбкого серебра, пересекающий море. Как страстно она мечтает ступить на эту призрачную тропу! Но для этого она должна нарисовать лунный свет.

Она рисует. Быстрее, отчаяннее. Рисунок должен быть написан как можно скорее, ведь её ждут. Ждут уже давно, а она всё сидит здесь, на холодной каменистой земле, и рисует. «Подожди ещё немного», — шепчет лихорадочно. – «Я скоро приду». И снова пытается пленить лунный свет. И снова он насмешливо обжигает холодом пальцы, а рисунок остаётся незаконченным: не хватает такой крохотной, но необходимой детали. Штриха, который сделает его живым. Но она не собирается отступать, она продолжает рисовать, вкладывая в полотно всё сердце, всю душу. Ей очень нужно нарисовать лунный свет.

— Зачем ты привёл меня сюда? Да ещё ночью, да ещё в полнолуние!

— Хотел рассказать красивую легенду. Но если тебе неинтересно….

— Постой-постой! Мне интересно. Очень. Правда.

— Точно? Ну, тогда слушай. Давным-давно жила в этих краях милая и добрая девушка. Больше всего на свете она любила рисовать, что неудивительно. Дан ей был необыкновенный дар: все её картины, стоило их закончить, словно бы наполнялись жизнью, будто были окном в другую, полную счастья и безмятежной гармонии, реальность. И не было на свете того, чего не сумела бы запечатлеть эта девушка. Люди шли к удивительной художнице со всех концов света, чтобы полюбоваться её чудесными рисунками и воочию увидеть дивный дар. Поговаривали даже, что картины девушки, дышавшие теплом и жизнью, настолько были переполнены светом и надеждой, что исцеляли больных. Правда это или нет – сейчас и не скажешь, но люди, несомненно, уважали и ценили художницу и её искусство. Так в мире и спокойствии летели дни за днями.

Пришло время – девушка влюбилась. И был её любимый ей под стать: бескорыстный, искренний, с душой нараспашку. Верный друг, примерный сын, прекрасный помощник. Пылко и горячо любил он свою художницу. Жить бы девушке с парнем да горя не знать, но мало кому в жизни удаётся избежать несчастья, большого или малого. Постучалась беда и в дом художницы. Позавидовала счастью девушки чёрной завистью её соседка. Поначалу устраивала мелкие пакости и за глаза очерняла художницу. Потом попыталась любимого увести, только крепко парень волшебницу свою любил. И тогда, сгорая от зависти и желая причинить сопернице боль, задумала злодейка извести её любимого. Дождалась, когда художница отправится в город за холстом и красками, и сманила юношу под вечер к морю, сказав, что его там любимая ждёт.

Ночь стояла полнолунная, прямо как сегодня, и свет стелился неясною тропой под ногами. По ней поднялся парень на вершину во-он того утёса и, когда стоял он на самом краю, злодейка подкралась и ударила в спину. Прямо в дорогу на воде, сотканную из лунного сияния, упал парень и исчез. А соседка, сгубившая его, испугалась того, что сотворила, и попыталась скрыться от людского суда в лесу да, говорят, сгинула там в лапах не то лешего, не то какой-то другой лесной нечисти.
Наутро вернулась художница и обнаружила исчезновение любимого. Всей деревней искали юношу. Не нашли ни живым, ни мёртвым. В конце концов, решили, что он утонул, и поиски прекратились. А у девушки с той поры исчез её удивительный дар. Что ни нарисует, всё мертво и безлико, словно вместе с любимым ушёл в небытие талант. Долго горевала она, оплакивая и любимого, дар свой волшебный, а потом, не смирившись с мыслью, что парень мёртв, отправилась на другой конец деревни к бабушке-ведунье. Люди говорили, что знает ведунья всё на свете: и что было, и что есть, и что будет. Шла девушка к ней в надежде, что мудрая старушка облегчит боль в её сердце и подскажет, где искать любимого и как его вернуть. И ведунья открыла печальную тайну: пожалела чистого душой юношу луна и спасла его, уведя своей дорогой подальше от людской подлости. Укрыт он надёжно в мире лунном, в мире иллюзорном, и ни одна из дорог земных не приведёт девушку к любимому. Начала тогда художница расспрашивать бабушку о том, как пройти в мир волшебства и иллюзий. И рассказала ей ведунья, что лишь тому, кто сможет поймать и нарисовать лунный свет, откроется дорога….

Читайте также:  Опель мерива 2007 какая лампа ближнего света

— Она сказала правду?

— Кто? Ведунья? Конечно. Ей незачем было лгать. Она, как и многие другие жители деревни, жалела бедную девушку. Стало быть, говорила правду.

— А что случилось с художницей?

— С той поры в деревне её никто не видел. Она ушла на тот самый обрыв, откуда сорвался в море её любимый, рисовать лунный свет.

— Это невозможно – нарисовать свет.

— Почему же? Все знают, что ночь полнолуния – это ночь волшебства. В такую ночь возможно всё. Сбываются мечты, просыпается магия. Так что если и рисовать свет, то только в полнолуние. Главное, чтобы талант был.

— Значит, у художницы получилось открыть дорогу?

— Нет. Хоть она и узнала, как вернуть любимого, дар к ней не вернулся. Она смогла нарисовать картину, но жизни в рисунке не было.

— Нет, не сдалась. И не сдаётся до сих пор. Она приходит сюда каждое полнолуние и рисует, веря, что однажды полотно оживёт, и перед ней откроется лунная дорога, которая приведёт её к любимому. И что бы ни случилось, художница не сдастся никогда. Ну, как тебе легенда?

— Красивая.… Как думаешь, это могло быть на самом деле?

— Вряд ли. Это ведь всего лишь сказка. Хотя некоторые говорят, что если хорошенько присмотреться, то в лунном отсвете можно увидеть тень художницы, склонившейся над холстом с кистью в руке. Вот только врут они всё. Я, например, ни разу её не видел. Ну что, пойдём обратно?

— Подожди. Давай посидим здесь. Вдруг мы её увидим? Всё-таки интересно узнать, как рисуют лунный свет.

— Можем и посидеть. В конце концов, здесь хорошо, а ночь сегодня тёплая. Смотри-смотри, вон на воде лунная дорога. Море неспокойно, а дорога почти ровная. Удивительно, правда?

— Ты думаешь, она уйдёт когда-нибудь по ней?

— Художница? Когда-нибудь – непременно.

Она рисует. Вкладывает в рисунок всё сердце, всю душу. А внизу, под обрывом бьются о скалы волны, разлетаясь в стороны мириадами жемчужно-белых брызг, и зыбко стелется заветная дорога жидкого серебра. Он там, на том конце; он ждёт уже давно. И она крепче сжимает в руке кисть. Ей очень нужно нарисовать лунный свет.

Источник

«Лунный свет»: покорившая мир драма о поисках себя

Лучший драматический фильм года по версии «Золотого глобуса», восемь номинаций на «Оскар». Давно фильмы с гей-линией не добирались до российского проката с такой поддержкой. Зельвенский — о том, почему это кино выше конъюнктуры на тему чернокожих геев в гетто.

Где-то в середине 90-х Хуан (Махершала Али), драгдилер в Либерти-Сити, самом бедном и криминальном районе Майами, подбирает на улице мальчика, который убегает от хулиганов. Тот почти не разговаривает, но, пару раз поев, все-таки сообщает, что его зовут Широн (Алекс Р.Хибберт). Отец давно пропал, а мать (Наоми Харрис) курит крэк и не слишком заботится о ребенке. Наркотик ей продают подручные Хуана; несмотря на эту парадоксальную, мягко говоря, ситуацию, дилер и его подруга (Жанель Моне) становятся для Широна чем-то вроде нормальных родителей на стороне.

Читайте также:  Ближний свет фар где масса где ближний

«Лунный свет» состоит из трех новелл, и это только первая из них. Во второй Широн — тощий тинейджер (Эштон Сандерс), которого продолжают травить в школе: одноклассники, дразнящие его педиком, со свойственной иногда маленьким мерзавцам прозорливостью видят то, в чем их жертва сама себе еще не призналась. В третьей новелле Широн, прошедший через огонь и воду и переехавший с матерью в Атланту, — взрослый гангстер (Треванте Родс), чья брутальная внешность, впрочем, обманчива. Некоторые герои переходят из новеллы в новеллу: в первую очередь это приятель Широна по имени Кевин (Джейден Пинер, Джаррел Джером, Андре Холланд) — как почти случайно вышло, главный мужчина в его жизни.

Это самый, очевидно, расхваленный фильм 2016 года, вошедший во все мыслимые топ-списки; в килограммах выигранного золота «Ла-Ла Ленд» его, вероятно, опережает (и почти наверняка помешает «Лунному свету» получить главный «Оскар»), но, скажем, критический консенсус в случае «Света» даже более монолитен. Барри Дженкинс немногим старше Дэмиена Шазелла и, как и тот, дебютировал в конце нулевых малобюджетной разговорной мелодрамой про черных хипстеров («Лекарство от меланхолии»). Для своего второго полнометражного фильма он нашел автобиографический текст — что-то вроде непоставленной пьесы — Тарелла Элвина МакКрейни, актера и драматурга, не так давно получившего стипендию МакАртура, «грант для гениев». Оба — и режиссер, и сценарист — выросли в одно время в бедном квартале Майами, и хотя гей-линия — целиком от МакКрейни, для Дженкинса в этой истории, разумеется, тоже масса личного.

Главное, что нужно знать про «Лунный свет»: это вовсе не стенания о том, как живется чернокожему гею в гетто. Живется ему нелегко — и из фильма это тоже следует, — но это и так понятно, зачем про это смотреть. Социальная, расовая повестка и область чувств тут как бы сосуществуют параллельно — они обе интересны Дженкинсу, но он не торопится их смешивать. Есть определенная культурная среда, которую воссоздает режиссер, — это декорации картины, ее, если угодно, колорит, определяющий сиюминутные действия персонажей. И есть глубоко интимная, внутренняя история взросления, где-то переходящая в лав-стори, — содержание фильма. Дженкинс не занимается противопоставлением большинства и меньшинства, расового или сексуального: белых тут нет вовсе, а путь Широна никогда не превращается ни в Голгофу, ни в крестовый поход. Иначе говоря, это не памфлет о нетерпимости, а ровно наоборот: тихий, нежный фильм о чуде взаимопонимания.

Материал вроде бы диктует угрюмый реалистический подход: квазидокументальную камеру, приближенное к естественному освещение и так далее. Ничего похожего. Дженкинс использует богатые, контрастные цвета и выразительные композиции порой захватывающей дух красоты: дело, в конце концов, происходит в Южной Флориде с ее пальмами, песком и океаном. Оттенки синего, зеленого и, конечно, черного превращают детский кошмар в томительный эротический сон и обратно. При этом по большому счету это фильм про отрочество — в чуть более мягком мире его события могли бы уместиться в уик-энд, а не растянуться на десятилетия, — и режиссер до конца сохраняет предельно деликатный, целомудренный тон: Широн настолько раним, что иное было бы жестоко.

«Свет» где-то может показаться простым, почти простодушным, но и это не так: готовые ответы здесь не работают, и продолжительные паузы в разговорах, которые оставляет Дженкинс, — а из главного героя слова вообще не выдавишь — нужны для того, чтобы мы продолжали их искать. «Ты сам должен решить, кем тебе стать, никто за тебя этого не сделает», — говорит Широну Хуан, когда учит его плавать, но это грошовая мудрость, горькая ирония которой будет понятна в третьей, лучшей части картины, когда Широн станет Хуаном. Ты не можешь решить, кем тебе стать, — если, конечно, ты не живешь внутри голливудского фильма про спортсмена. Максимум, что ты можешь, — это принять себя сам и, если очень повезет, однажды прочесть понимание в чужих глазах.

Источник